80 процентов ожога тела шансы выжить

Прогнозирование тяжести ожога

У взрослых среднего возраста критическим считается состояние, когда тотальный ожог I степени или II-III а степени > 30%, опасным для жизни считается ожог III б –IV степени > 10-15%.

1. Правило «сотни» — возраст + общая площадь ожогов в процентах: до 60 – прогноз благоприятный, 61-80 – относительно благоприятный, 81-100 – сомнительный, 101 и более – неблагоприятный (только для взрослых).

2. Индекс Франка основан на предположении, что глубокий ожог утяжеляет состояние больного втрое по сравнению с поверхностным ожогом, поэтому если 1% поверхностного ожога приравнивается к единице, то глубокий ожог – к 3 единицам. Сумма показателей поверхностного и глубокого ожогов составляет индекс Франка. Прогноз ожога благоприятен, если индекс Франка составляет менее 30 единиц; относительно благоприятный – если 30-60 ед., сомнительный – 61-90 ед., неблагоприятный – более 91 единицы.

Ожоговая болезнь

При поверхностных ожогах площадью более 15% поверхности тела или при глубоких на площади более 10% поверхности тела развивается ожоговая болезнь – это комплекс клинических симптомов – различных нарушений деятельности органов и систем, совокупность которых следует рассматривать как ожоговую болезнь ( у пожилых и детей глубокие поражения даже 5% тела могут привести к летальному исходу). В течение ожоговой болезни разливают 4 периода:

1. Ожогового шока – продолжается до 3-х суток

2. Ожоговая токсемия – 7-8 дней (10-15 дней по Петрову).

3. Септикотоксемия – с 10-х суток (от 2-3 недель до 2-3 месяцев) – начало периода связано с отторжением некротических тканей.

4. Период реконвалесценции. Наблюдается после спонтанного заживления ран от операционного восстановления кожного покрова.

Ожоговый шок

Специфическими чертами ожогового шока, отличающими его от травматического, являются: 1) отсутствие кровопотери, 2) выраженная плазмопотеря, 3) гемолиз, 4) своеобразные нарушения функции почек. В развитии шока следует выделить два основных патогенетических механизма:

1. Чрезмерная болевая импульсация приводит к изменению функции ЦНС – сначало возбуждением, а затем торможением коры и подкоркового слоя, раздражением центра симпатической, нервной системы и повышению функции эндокринных желез. Это вызывает увеличение поступления в кровь АКТГ – антидиуретического гормона гипофиза, катехоламинов. Это приводит к спазму периферических сосудов, при сохранении тонуса сосудов жизненно важных органов – происходит перераспределение крови – уменьшается ОЦК.

2. Вследствие термического поражения кожи и подлежащих тканей под действием медиаторов воспаления возникают как местные, так и тяжелые общие расстройства: плазмопотеря, нарушения микроциркуляции, массивный гемолиз, изменение водно-электролитного баланса и кислотно-основного равновесия, нарушения функции почек.

Ведущим фактором ожогового шока является плазмопотеря, обусловленная повышением проницаемости стенок капилляров, максимум спустя 6-8 часов после ожога развивается гиповолемия, способствует дальнейшему нарушению микроциркуляции в почках, печени, поджелудочной железе – развивается вротичный некроз в зоне ожога, образование язв в ЖКТ. Гемолиз является причиной повышенного содержания калия в плазме. Проницаемость сосудов нарушается сразу после ожога, но клинически выраженного значения достигает спустя 6-8 часов. Развивающаяся гиповолемия становится причиной гемодинамических расстройств, расстройств микроциркуляции и ДВС-синдрома. В первые часы после ожога объем внеклеточной жидкости уменьшается на 15-20% за счет интенсивного испарения с поверхности ожога, через здоровую кожу, с дыханием, с рвотными массами. Причиной олигурии является сокращение почечного кровотока из-за спазма сосудов, уменьшения ОЦК, гемолиза, нарушения реологических свойств крови.

Механизм ожоговой гиповолемии включает следующие компоненты: плазмопотерю и депонирование крови в капиллярах. При обширных ожогах через обожженную поверхность может теряться до 70-80% объема всей плазмы. Ведущей причиной плазмопотери является повышение проницаемости капилляров как в области травмы, так и в неповрежденных местах. Это связано как с непосредственным действием термического фактора, так и различных освобождающихся физиологически активных веществ (гистамин, брадикинин). В результате снижения ОЦК возникает гемоконцентрация и с другой стороны происходт гемолиз эритроцитов. Косвенным признаком гемолиза является гипербилиорубинемия, уробилинурия, а также гемоглобинурия. Происходит нарушение микроцируляции (уменьшается количество функционирующих капилляров, большая часть крови направляется через раскрытые шунты, в венулах и капилярах образуются агрегты форменных элементов, нарушается перфузия органов, происходит централизация кровообращения) – все это приводит к тканевой гипоксии.

Для эректильной фазы шока характерно общее возбуждение больного, повышение АД, учащенное дыхание – длится 2-5 часов, затем развивается торпидная фаза. Современная адекватная терапия может предотвратить эту фазу, именно неправильное оказание медицинской помощи, запоздалое неадекватное лечение, дополнительная травматизация обожженных способствует развитию и более тяжелому течению торпидной фазы, на первый план выходят явления торможения.

По клиническому течению выделяют 3 степени ожогового шока:

I степень – частота сердечных сокращений 90 в минуту, АД – норма или повышено, почасовой диурез не снижен, больные возбуждены.

II степень – при повреждении 21-60% поверхности тела – заторможен, адинамия, сознание сохранено, пульс 100-120 в минуту, гипотония, знобит, температура ниже нормы, жажда, гематокрит 60-65%, метаболический ацидоз.

III степень при термическом поражении 60% поверхности тела через 1-3 часа после ожога сознание спутанное, заторможенность, сопор. Пульс нитевидный, А/Д снижается до 80 мм рт. ст., макро-микрогематурия, моча темно-коричневого цвета (типа «мясных помоев»), затем анурия, гемоконцентрация, гематокрит до 70%, гиперкалиемия, декомпенсированный ацидоз, t

Заново учится сидеть и ходить. Выживший после ожога 80% тела мальчик готовится к новым операциям

src] => [SRC] => /upload/iblock/0a1/0a166ef9d724f457da65e2ac32409336.jpg ) [1] => Array ( [ID] => 363091 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 205553 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/f3c [FILE_NAME] => f3cb5e72454d2c69363f934ea31a15e5.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма5.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => c17201903e0211b65ab72f526fbe419d [

src] => [SRC] => /upload/iblock/f3c/f3cb5e72454d2c69363f934ea31a15e5.jpg ) [2] => Array ( [ID] => 363092 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 152636 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/93b [FILE_NAME] => 93b82479f9292b355bbd77dad9db8e06.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма7.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 9140499f9edf24573d0d47bd7523b8dc [

src] => [SRC] => /upload/iblock/93b/93b82479f9292b355bbd77dad9db8e06.jpg ) [3] => Array ( [ID] => 363093 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 124141 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/3da [FILE_NAME] => 3dac566352908931c4c672db37e5181a.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма8.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 71bd28cc1d7411451c05e26fa627f587 [

src] => [SRC] => /upload/iblock/3da/3dac566352908931c4c672db37e5181a.jpg ) [4] => Array ( [ID] => 363094 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 154661 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/fdd [FILE_NAME] => fddfc6dc9377475c846636699b6c3645.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма9.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 95b062e3a276de85ac81e7329c3b370d [

src] => [SRC] => /upload/iblock/fdd/fddfc6dc9377475c846636699b6c3645.jpg ) [5] => Array ( [ID] => 363095 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 214906 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/0f1 [FILE_NAME] => 0f1bde60b35f101c3f498b06b178ef90.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма10.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 5fbf2ad86afd0f6c8d3c002951e2c689 [

src] => [SRC] => /upload/iblock/0f1/0f1bde60b35f101c3f498b06b178ef90.jpg ) [6] => Array ( [ID] => 363096 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 221560 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/c7e [FILE_NAME] => c7eaa7fbb4b4dc794fb24427c94987c6.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма11.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => bd5f593836a9dfbda3a8427f4ca36f4b [

src] => [SRC] => /upload/iblock/c7e/c7eaa7fbb4b4dc794fb24427c94987c6.jpg ) [7] => Array ( [ID] => 363097 [TIMESTAMP_X] => BitrixMainTypeDateTime Object ( [value:protected] => DateTime Object ( [date] => 2018-03-22 15:30:34.000000 [timezone_type] => 3 [timezone] => Asia/Irkutsk ) ) [MODULE_ID] => iblock [HEIGHT] => 576 [WIDTH] => 720 [FILE_SIZE] => 185856 [CONTENT_TYPE] => image/jpeg [SUBDIR] => iblock/ede [FILE_NAME] => edea9a6ba251d7a49478e2009a11f3d6.jpg [ORIGINAL_NAME] => ма12.jpg [DESCRIPTION] => [HANDLER_ID] => [EXTERNAL_ID] => 0b9f292e1267d88ab9373ced26aa0d9b [

src] => [SRC] => /upload/iblock/ede/edea9a6ba251d7a49478e2009a11f3d6.jpg ) )

В Братске мальчик-шестиклассник заново учится жить после страшной трагедии. Он залез на железнодорожный вагон и едва не сгорел от электроразряда. Множество операций уже позади, впереди — не меньше.

Теперь Абдуали заново учится ходить. От первых шагов даже голова кругом. Он не вставал 8 месяцев.

— Давай поворачивайся. Тихи-тихо-тихо, не торопись!

Ноги пока не поддаются. За ночь кожа сильно «схватывается». И страшней всего, шепчет Абдуали, что на сгибах снова лопнет.

— Мальчик пересаживается с инвалидного кресла на диван.

Мальчик первый месяц в коляске. Долго по квартире не ездит — быстро утомляется. Постоянно рядом с ним дежурят родители.

— Когда ночью сплю, мне надо перевернуться, я маму бужу. Я не могу сам перевернуться. А когда по утрам встаю, я не могу ноги согнуть, например, болят потом они и руки, и сесть не могу, — говорит Абдуали Раджабов.

Читать еще:  Отравление пчел ядохимикатами

В квартире у 14-летнего Абдуали своя палата-комната. Здесь медицинская кровать. Несколько раз в день родители регулируют её, и тогда подросток учится сидеть или сгибать ноги.

— Опа, вот так. В таком положении лежим.

Здесь проходили самые мучительные процедуры. Электротравма оставила ожог 80% тела. Кожа осталась только на лице и пальцах. На одной ноге началась гангрена. Родители делали перевязки утром и вечером.

— 8 месяцев каждый день покупали — по 20−30 бинтов уходило.

В апреле прошлого года школьник забрался на крышу вагона на железнодорожной станции. Шестиклассника ударило разрядом тока в 27 тысяч вольт.

— Подъезжаем к вагонам, ребёнок горит. Там все стоят: МЧС, скорая, люди стоят снимают. Никто не мог ему хотя бы палку подтянуть. Одеяло только забросили, он под себя положил. Потом муж сам полез. Почему, говорит, столько времени прошло, а его до сих пор не вытащили, а он горит, плачет, кричит, — говорит мама Абдуали Надежда Раджабова.

Отец рукой стащил ребёнка с вагона. Пять дней Абдуали провёл в коме. Выжил чудом. И таким же чудом перенёс заживление кожи. За плечами мальчика — десятки операций. Впереди — столько же. Первая в октябре этого года — восстановление подмышечных впадин. Кожа там срослась, пока Абдуали был в коме. Теперь руки не поднимаются.

— Вторая у нас будет на пальцах — сломаны пальцы. Третья у нас будет на ноге — сухожилие оторвано. Четвёртая — это половые органы, — говорит мама Абдуали Надежда Раджабова.

Ещё требуется пластическая операция кожи. Но все они — не раньше конца года, говорят врачи. Кожа ещё очень тонкая и рубцы грубые. Подростку обязательно нужно набрать массу. Пока он весит 30 кг. До трагедии школьник занимался каратэ и борьбой. Возвращение в спорт нескоро. Но тренироваться Абдуали Раджабов начал уже сейчас. Отжаться получается уже 30 раз.

— Я даже раньше ложку не мог держать. А сейчас отжимаюсь уже.

Ее тело было обожжено на 80 %. После 16 месяцев в больнице и 50 операций она впервые заговорила! (7 фото)

Джуди Малиновски 33 года, 16 последних месяцев из которых она провела в больнице. В августе 2015 года она поссорилась со своим парнем, Майклом Слагером. В пылу ссоры, которая происходила на автозаправке, он не придумал ничего лучшего, как облить свою подругу бензином и поджечь ее!
Из-за этого у Джуди обгорело 80 % кожи. Ее уши просто исчезли, а пальцы на левой руке пришлось ампутировать.

Несмотря на жестокость содеянного, суд приговорил Майкла Слагера всего лишь к 11 годам заключения! Свидетелей преступления не оказалось, а мужчина настаивал на том, что не хотел поджигать свою спутницу и всё произошло случайно. Якобы он просто уронил сигарету.

Сама же Джуди не могла дать показание в суде из-за того, что всё это время находилась при смерти. Лишь спустя 16 месяцев, проведенных в госпитале, и после 51 операций она впервые после того случая смогла заговорить!

Приговор был вынесен без учета показаний Джуди. Узнав решения суда, Джуди посчитала его слишком мягким. «Я даже не подозревала, что человек может быть настолько злым! Он просто стол рядом, смотрел, как я горю, и ничего не делал!» — рассказала Джуди.

Несмотря на некоторый прогресс лечении, положение Джуди всё еще критическое. Она всё еще подключена к аппарату искусственной вентиляции легких из-за чего невозможно лечение обожженных спины и ягодиц женщины — лежа на животе она попросту задохнется! Врачи не дают никаких гарантий и говорят, что шансы на спасение по прежнему мизерные.

Единственным светлым пятном в этой истории может стать то, что была создана инициативная группа с целью внесения поправок в действующее законодательство. Теперь наказание за подобные преступления хотят ощутимо усилить.

Искренне надеюсь, что Джуди сумеет выкарабкаться, а ее обидчик получит по заслугам.

Андрей Брегадзе: «На лечение пострадавших от огня могут уйти годы»

Заведующий ожоговым отделением АОКБ — о причинах термических травм и процентах поражения

Двое завитинцев, пострадавших во время тушения пала, сейчас находятся в ожоговом отделении Амурской областной клинической больницы. Их уже перевели из реанимации — благодаря медикам, состояние их расценивается как стабильное. Сюда, в отделение термических поражений, поступают самые тяжелые больные, иногда на их лечение требуются годы. Как работает ожоговое отделение, с какими проблемами сталкивается и как их решает, АП рассказал его заведующий, врач-хирург высшей категории, кандидат медицинских наук Андрей Анатольевич Брегадзе.

Главные причины — огонь и вода

— Андрей Анатольевич, отделение термических поражений Амурской областной клинической больницы оказывает помощь как при ожогах, так и при отморожениях. К вам поступают больные со всего Приамурья. На сколько мест рассчитано отделение?

— На 40 коек, из них 15 — детские. Наполняемость практически полная, мы не пустуем. Конечно, присутствует сезонность — в летнее время происходит некоторый спад, зимой больных очень много за счет поступающих с отморожениями.

— Каких пациентов больше и каковы основные причины термических травм?

— Большая часть наших пациентов — процентов 70—80 — это больные с ожогами.

350

операций в год проводится в ожоговом отделении АОКБ. В неделю врачи оперируют 10—12 ожоговых больных

Существует две основные причины получения ожогов — горячей жидкостью и пламенем. Есть еще ожоги паром, электрические, химические, но их не так много. Чаще всего термические поражения происходят в быту — человек опрокинул на себя кипящую жидкость или попал в пожар, который возник из-за неосторожного обращения с огнем.

— Что при пожаре страдает в первую очередь?

— Когда человек оказывается в массивном пламени, сначала поражаются открытые части тела — это лицо, кисти, а также верхние дыхательные пути, легкие. Потом загорается одежда и, соответственно, тело. Если одежда синтетическая, то поражения будут страшнее — она горит быстро и прилипает к коже. По этой причине у пожарных специально пропитанные костюмы.

Проценты поражения

— Когда характеризуют степень тяжести пострадавших, обычно указывают проценты пораженной поверхности кожи. При скольких процентах человек считается тяжелобольным?

— В мире негласно считается, что ожоги свыше 20 процентов — тяжелые. В России — 20—30 %.

— Существует ли какой-то порог, до которого можно выходить пациента, а после — уже нет?

— Все зависит от глубины ожога и сопутствующих факторов — поражены ли дыхательные пути, была ли у него сопутствующая патология. Естественно, играет роль и степень ожога. Сегодня российские врачи работают по трехстепенной классификации. Если у пациента 1-я или 2-я степень, даже при огромной поврежденной поверхности тела у него есть шанс выжить. Если это ожоги 3-й степени, то шансов очень мало, честно говоря — практически нет. Что касается выживаемости, есть в России рекорды, когда при 3-й степени ожога и при 90—95 процентах поврежденной поверхности люди выживали. Но общеизвестная «планка», когда пациентов можно выходить, — 80 %.

Год в стационаре

— В чем особенность лечения ожоговых больных?

— Наши пациенты, как правило, поступают в крайне тяжелом состоянии и нуждаются в проведении комплексной терапии — реанимация, хирургическое, медикаментозное лечение, респираторная поддержка. Это огромный комплекс мероприятий!

— Плюс в вашем отделении должно быть специфическое оборудование.

— Да, для лечения такой группы пострадавших, которые имеют обширные ожоги, циркулярные, ожоги конечностей, необходимы специальные установки — противоожоговые флюидизирующие кровати. Они полностью исключают давление на пораженные участки, создают стерильную воздушную среду. Для гидротерапии используют душевые каталки — это специальные тележки с гидроподъемниками для перевозки больных. Реанимация должна быть оборудована следящей, дыхательной аппаратурой. Для хирургического лечения тоже нужны специфические аппараты — дерматомы для забора кожных трансплантатов, перфораторы, помогающие увеличить площадь донорских лоскутов кожи.

— Насколько оборудовано отделение термических поражений?

— Сейчас мы имеем все необходимое для хирургических вмешательств, у нас есть две современные флюидизирующие кровати, душевая тележка-каталка. Пациенты крайне тяжелого профиля находятся в общей реанимации, где также есть вся необходимая аппаратура.

— Как долго проходит лечение тяжелых пациентов?

— Общая длительность лечения в стационаре больного с ожогами 80 процентов поверхности тела в среднем составляет около 300 дней. Ожоги площадью 30 процентов лечатся полтора-два месяца. Чем больше площадь, тем больше требуется как реанимационных, так и хирургических мероприятий по пересадке кожи.

Пока мы ждем заживления донорских ран, используем свиную кожу. Она приживается на несколько дней и за это время стимулирует заживление и выполняет роль барьера.

Читать еще:  Отравление шуманитом

На помощь приходит свиная кожа

— Если поражается большой участок тела, где берут столько кожи?

— Самая большая проблема в комбустиологии (отрасль медицины, изучающая тяжелые ожоговые поражения. — Прим. ред.) — это проблема донорских мест. Как мы выходим из ситуации. Первое, это наличие хороших дерматомов — инструментов для снятия кожных трансплантатов для последующей пересадки. Второе, обязательное наличие перфоратора — специальной машинки, через которую мы пропускаем лоскуты кожи и за счет создания своеобразной сетки увеличиваем площадь лоскута как минимум в три раза. Третье, это стремление к скорейшему заживлению донорских мест, с которых мы взяли трансплантат, — для того чтобы в дальнейшем можно было взять оттуда еще несколько лоскутов. Регенеративные ресурсы кожи велики, это очень благоприятный орган. У нас есть опыт, когда у пациента с 80 процентами ожогов мы брали кожу с волосистой части головы четыре раза.

— А разве родственники не могут выступать донорами?

— На самом деле приживается только собственная кожа человека.

— Периодически появляются новости, что ученые создали искусственную кожу.

— Все, что называют искусственной кожей, — это биологическое покрытие, которое создается из клеток и тканей, как правило, животных. Это клетки соединительной ткани, они не несут функции кожи. Но выполняют свою существенную роль — способствуют быстрейшему заживлению, стимулируют регенерацию. Если они у нас есть — мы их, конечно, используем.

— А если у человека огромная поверхность поражения и донорских участков кожи очень мало. Чем закрывают раны?

— Пока мы ждем заживления донорских ран, используем свиную кожу. Она очень помогает как временное биологическое покрытие. В отделении всегда есть запасы — это специально приготовленное обработанное медицинское изделие российского производства. Свиная кожа приживается на несколько дней, и за это время стимулирует заживление, плюс выполняет роль барьера.

— Андрей Анатольевич, скажите, как сейчас состояние у наших завитинцев?

— У нас в отделении двое пациентов в стабильном состоянии. Те пострадавшие, которые были отправлены в московскую клинику, по последней информации, также находятся в стабильном состоянии. Говорить о полнейшем их выздоровлении пока рано, у них огромная площадь ожогов — от 30 до 50 %, поражены дыхательные пути. Им потребуется длительная реабилитация.

500

человек в год в среднем проходит через отделение термических поражений. Треть пациентов — дети

Максимка Абрамов полностью реабилитирован

— Недавно исполнилось ровно три года со дня трагедии в селе Солнечном. В марте 2012-го к вам в отделение доставили обожженного Максимку Абрамова, ему пришлось ампутировать ножки. Тот случай стал широко известен, Максимке десятки фондов собирали деньги, о нем сняли несколько ток-шоу. Благодаря этому о мальчике заговорили, у него появились новые родители, сейчас он ни в чем не нуждается. А много ли подобных случаев проходит незамеченными?

— Были в моей практике случаи, когда дети получали ожоги в результате криминальных действий родителей. Например, отец в пьяном виде поджог дом. Но, к счастью, такое встречается крайне редко. Ситуация с Максимкой была вопиющей — больше в моей памяти подобного не было.

— У Максима на данный момент прошли все этапы реабилитации?

— Да, только по мере роста меняются протезы.

— Детская реабилитация намного сложнее взрослой? Ведь детки растут, а обожженные участки кожи — нет.

— Да, этим детская реабилитация и отличается — пациентов нужно постоянно оперировать. Рубцы отстают в росте, и приходится выполнять различные виды реконструирующих операций.

Необходимое оборудование для ожогового отделения

Флюидизирующая (противоожоговая) кровать для ожоговых больных.

Душевая тележка-каталка душевая с электроподъемником.

Дерматом — аппарат для забора донорского кожного лоскута заданной толщины и ширины.

Перфоратор — аппарат для равномерного контролируемого расщепления донорского трансплантата.

Травмы с особенностями

Говорят, что всё познаётся в сравнении и на контрастах. Особенно рельефно эта истина проявляет себя в самых сложных и трудных отделениях медучреждений, например в ожоговом отделении Иркутской городской клинической больницы № 3. Кожа – самый крупный по площади орган человеческого тела, и её травмы (ожоги, отморожения, поражения электрическим током) лечатся и длительно, и многоступенчато, и непросто. Человек может жить без одной почки, без части печени, без желудка, без селезёнки. Без кожи жить человек не может! В развитых странах ожоговых отделений практически нет – высокий уровень жизни не приводит к таким травмам, там практически не фиксируются ожоги у детей. У нас же ожоговое отделение по-прежнему остаётся очень востребованным – в связи с социальной спецификой данного вида травмы. И некоторые люди попадают сюда по несколько раз в своей жизни.

Работают самые стойкие

Боль – это то, чего боятся практически все люди. Боль при ожогах тела изматывает как никакая другая (разве что онкологическая превосходит её) – неутихающая, монотонная, но монотонность эта имеет такую силу и накал, что просто сводит с ума. Движения доставляют боль, и даже лежачее положение не всегда приносит долгожданное облегчение. Поэтому в ожоговом отделении большое значение имеет не только профессиональное мастерство врачей, но и их личные качества – способность сострадать, умение сосредоточиться, работать, несмотря на шокирующие картины. Ведь когда привозят больного с 80 процентами ожогов тела, не до сантиментов. Эмоциональная выносливость и стойкость при чётком понимании человечной миссии врача – это сочетание очень важно.

По науке, врачи, работающие в ожоговой медицине, именуются «комбустиологи». Эта отрасль медицины изучает тяжёлые ожоговые поражения и связанные с ними патологические состояния, в частности, ожоговый шок. В науку включены и методы лечения этих состояний. Правда, в России сегодня данной специализации в реестре медицинских специальностей как таковой нет. Именно поэтому ожогами занимаются травматологи или хирурги.

Андрей Щедреев возглавляет ожоговое отделение с 1991 года. Во время отпуска его заменяет Елена Долбилкина. Она говорит, что в отделении нет случайных людей: кто-то увольняется после первого рабочего дня, кто-то выдерживает месяц-другой и тоже уходит, действует принцип естественного отбора, остаются лишь те, кто может оказывать такую помощь. Сегодня костяк отделения составляют пятеро врачей-травматологов и врач-анестезиолог. Обезболивание крайне важно в этом отделении, тем более что операции проводятся практически каждый день, по 11-12 в сутки. В 2008-2009 произошло полное переоборудование отделения в соответствии с современными нормами, выполнен капитальный ремонт. И сегодня в иркутском ожоговом есть всё необходимое.

Отделение рассчитано на 45 коек, есть ещё 10 коек дневного пребывания. Такой принцип очень удобен, это сделано для того, чтобы все нуждающиеся могли получить помощь – не хватает хирургов на местах, в поликлиниках. Есть особенности термической травмы, особенно у детей, при которых не все врачи-хирурги могут скорректировать лечение, необходим именно врач, специализирующийся на ожогах. При амбулаторной форме пациенты приходят на осмотр, перевязку и затем отправляются домой. Это удобно и пациентам, и врачам – разгружается отделение, бывают ситуации, при которых невозможно полный объём нуждающихся положить в больницу. Точно также не все нуждаются в операции. Палата реанимации – на 4 койки. Сюда попадают самые тяжёлые пациенты, те, что поступают в острые моменты первых часов травмы, пациенты с большими площадями ожогов, все, кому необходима реанимационная помощь до стабилизации состояния.

Если рубцы мешают двигаться и жить

Особенность ожогового в том, что это не только сложное отделение, социальное, оно единственное в области смешанное. Здесь лежат и взрослые, и дети. С чем это связано? С суровой российской действительностью. Конечно, хотелось бы иметь отдельный детский блок или хотя бы этаж, но пока такой возможности нет. И на сегодня это единственное в области отделение с функциями областного ожогового центра. Многих пациентов сюда привозят санавиацией из районов Иркутской области.

– К нам поступает вся ожоговая травма, отморожения, электротравмы, люди с ранами от укусов собак, с пролежнями, словом, все ситуации, которые требуют замещения и восстановления кожного покрова, операций по пересадке кожи, – рассказывает Елена Долбилкина. – И мы выполняем все виды операций – от момента острой травмы до работы с её последствиями, реабилитации.

Особенность ожогов в том, что это травма с последствиями как для внешнего вида, так и для сохранения функций конечностей. Операции по устранению таких последствий входят в перечень выполняемых в ожоговом отделении.

– Есть операции при острой травме и реконструктивно-восстановительные. Есть ежедневный консультативный приём, к нам может обратиться любой человек с последствиями ожогов. Если ему необходимо оперативное вмешательство и есть возможность его провести, мы назначаем время. Если мы не можем выполнить необходимую операцию, значит, просто консультируем и направляем в другие лечебные учреждения, где ему может быть оказан такой вид операций.

Читать еще:  Отравление спреем от комаров

– Эти операции можно назвать косметическими?

– Дело не столько в косметике, сколько в устранении функциональных недостатков. После тяжёлых ожогов всегда образуются рубцы. Самые тяжёлые случаи для людей – когда рубцы образуются в области суставов, они страшно мешают жить. Люди с подобными рубцами без оперативного лечения становятся глубокими инвалидами, неспособными обслужить себя. Поэтому для нас самая главная цель – восстановить движение. Особенное значение такие операции приобретают у людей молодого возраста, когда человек вполне трудоспособен. Оттого наши задачи не косметические. Наша реабилитационная терапия направлена в первую очередь на восстановление функций после ожогов, ведь это самые серьёзные последствия. Человек с некрасивой кожей может жить, а с рубцами, которые препятствуют движению суставов – нет, они ежесекундно доставляют физический дискомфорт и не дают человеку того качества жизни, в котором он может существовать и работать. Есть ещё проблема детских рубцов. Так устроено природой, что ребёночек растёт, а рубцы – нет, они не поспевают за развитием малыша. Если ожог получен в маленьком возрасте, то со временем рубец, полноценно закрывавший площади и дававший движения суставам, у выросшего ребёнка не обеспечит эту функцию, он будет мешать. И чем больше времени пройдёт, тем выше риск деформации конечности, возможны искривления пальцев, дефекты походки. Это непосредственная наша задача; устранять рубцы, которые являются только косметическим дефектом, – уже не наша функция.

И при 80% ожогов тела можно выжить

Врачи утверждают, что хирургия в последнее время стремительно развивается. И необходимо отметить, что всё, используемое в мире для лечения ожогов, в той или иной степени применяется в Иркутске. «Есть и знания, и навыки, и материалы. Но есть и некие юридические моменты, например, во всём мире развивается клеточная терапия (использование всевозможных новых клеточных материалов и биологических раневых покрытий, созданных таким образом), а в России она пока ограничена», – говорит наша собеседница.

– Общемировая тенденция – сокращение числа ожоговых отделений, – подчеркнула Долбилкина. – Прежде всего потому, что в высокоразвитых странах ожогов очень мало, это связано с высоким уровнем жизни, особенностями охраны труда (редко случаются производственные травмы), привычкой людей пользоваться качественными бытовыми приборами и в соответствии с инструкциями к этим приборам. И уж тем более не сделанными кустарными способами, в собственных гаражах из подручных средств или «усовершенствованными» из уже имеющихся. На ожоговой травме словно клеймо стоит – это социальная травма.

Ещё один показатель не в пользу России – в развитых странах практически нет детской ожоговой травмы. Это напрямую связано с особенностями законодательства, которое предусматривает очень серьёзные наказания для родителей вплоть до изъятия детей, лишения родительских прав пожизненно. В таких странах считается, что если ожог получил ребёнок до трёх лет – это стопроцентная вина родителей. Российское же законодательство очень слабое, капитальных наказаний для легкомысленных матерей нет. Конечно, бывают драматические случайности – добрался ребёнок до чайника или кнопочку на пароварке нажал, а оттуда – горячий пар. Врачи констатируют: самые частые ожоги у детей – это ожоги кипятком. Бывают и трагические закономерности – мама обожгла одного ребёнка и через несколько лет поступила в ожоговое уже со вторым. И за первого толком не была наказана, хотя такие случаи всегда передаются в инспекцию по делам несовершеннолетних. И детишек в последние годы стало больше – если раньше детских палат было одна-две, то сейчас порой не хватает и трёх.

Несмотря на то что у термической травмы есть определённый момент случайности, специалисты с уверенностью говорят, что основной провоцирующей причиной получения ожогов и отморожений в нашей стране было и есть пьянство. В любое время года. Особое социальное значение ожоговое отделение приобретает в зимний период. Сибирь – это суровые зимы, длительный отопительный период, большое количество ветхого жилья, использование в качестве обогрева различных печей, кустарных обогревателей. Длительные праздники – это и длительные алкогольные застолья. Отдельная проблема отделения – люди без определённого места жительства, получающие тяжёлые отморожения зимой. После того как их пролечили и если они могут ходить, такие пациенты снова возвращаются на улицу и часто получают повторное отморожение. Некоторые из них поступают в отделение каждую зиму. Если отморожение у таких пациентов привело к утрате конечностей и они не могут уйти, после выписки им дают место в Иркутском хосписе, где за ними ухаживают, восстанавливают документы. Всё лечение лиц без определённого места жительства оплачивает город.

Конечно, поступают и больные после пожаров, чаще всего из районов. Лечение такой травмы связано с большими материальными затратами (впрочем, отделение сегодня на 100 процентов обеспечено лекарствами и материалами), больные нуждаются в постоянном уходе, а на персонал ложится тяжёлая моральная нагрузка. А как иначе, если в отделении лежат сразу несколько человек с ожогами тела в 50–60–80 процентов? При этом врачи говорят, что не всегда выживаемость связана с площадью ожогов. Бывает и гибель пациентов с небольшим процентом ожогов, но с большой глубиной.

– Выздоровление, выживаемость связаны с многим факторами – в каком возрасте был получен ожог, от пламени или кипятка? – отмечает Елена Долбилкина. – В каком состоянии человек? Есть ли у него хронические заболевания? Насколько глубоко поражены слои кожи или остались какие-то участки, которые могут зажить самостоятельно? В последние годы в нашем отделении смертность на уровне общероссийской, иногда даже ниже. И ещё в последние три года у нас не умер ни один ребёнок. Мы этим гордимся, это тот факт, что даёт на силы работать дальше.

– При пересадках используется только кожа больного?

– Да, приживается либо собственная кожа, либо от идентичного близнеца (брата или сестры), этот метод называется аутопластика. Есть другая методика – аллопластика, пересадка кожи от человека к человеку. К сожалению, чужая кожа может продержаться на ожоговой поверхности лишь 15–17 дней, это период первичного приживления, затем она отторгается. Раньше этот метод широко применялся в мире, хотя бы для того, чтобы выиграть время, если, к примеру, у человека не было своих донорских ресурсов. Сейчас с этим сложнее – выросла проблема СПИДа, мы не можем гарантировать, что донор кожи не инфицирован, так как инкубационный период у болезни длительный. Есть проблема и гепатитов С. Поэтому проще и надёжнее использовать специально разработанные и современные раневые покрытия, которые временно выполняют функцию кожи. Они, конечно, не приживаются, но дают оптимальную среду – глубокая рана, которая не может зажить самостоятельно, быстро очищается и готовится к операции. А если ожог поверхностный – рана просто заживает под такими раневыми покрытиями. И есть ещё одна очень важная конструктивная особенность современных покрытий – это их атравматичность, они не прилипают к ране, такие повязки хорошо фиксируются, отлично впитывают отделяемое из ран и легко удаляются при перевязке, не причиняя болезненных ощущений пациентам.

Из Египта в больницу

Сейчас, когда пригрело солнце, пришла пора солнечных ожогов. После долгой зимы люди вырываются загорать, как в последний раз в жизни, и порой получают тяжёлые солнечные ожоги. И это тоже пациенты ожогового отделения. Случаются солнечные ожоги и до 90% поверхности тела. Из Египта, Турции некоторые туристы приезжают в ожоговом шоке и с тяжёлыми последствиями. Отпуск с «обугливанием» под солнцем доведёт не до шоколадного загара, а до боли, волдырей, а иногда и инфицирования с последующей пересадкой кожи. Не рассчитал жар египетского солнца иркутянин Алексей М. Сразу по приезде он был госпитализирован в ожоговое отделение:

– На майские праздники я на 5 дней летал в Египет, надо было себя как-то порадовать. Вообще-то я путешественник со стажем. Но погода была пасмурная, дул ветер, я не думал, что можно так загореть. За эти 5 дней хотелось всё сразу успеть. Не рассчитали время, загорали и после полудня (самое агрессивное солнце), и даже когда кожа начала сгорать, я купался, не сидел в номере. Сюда приехал и обратился врачам за консультацией. А меня сразу положили. Во всём нужно знать меру, теперь я это точно знаю.

Когда Алексей будет выписан, врачи ему скажут не «До свидания», а «Прощай», такова традиция. Сами пациенты выходят и стремятся поскорее забыть все подробности, все муки и всю пережитую боль. Хотя забыть такое трудно. Поэтому будьте аккуратны с огнём, с солнцем, следите за детьми. Ожоговое – это отделение, куда лучше не попадать.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector